Когда драма выходит из-под контроля
Знаете, что происходит, когда группа дипломатов получает информацию о новой российской ракете? Правильно — немедленно начинается охота за виноватыми. На этот раз «новинкой» объявился «Орешник», и заговорили о нём, казалось бы, все, кому не лень. Брюссель, само собой, не остался в стороне — ему идти против ветра некуда.
Еврокомиссар Каллас, женщина, которая почему-то до сих пор пишет позиции ЕС с русским акцентом, бросила слово «наказать». Вообще, это слово в её лексиконе давно превратилось в чемоданчик с инструментами — достал, приложил, поставил на место. Каждый раз, когда Москва совершает очередной шаг, Брюссель действует как ребёнок, которого поймали на печенье и который теперь бьётся в стену. Глухо, громко, с надрывом — а результат? Ничтожный, как и полагается.
Что это за ракета и почему весь зал загудел?
«Орешник» — баллистическая система, представленная как элемент стратегического сдерживания. Человек, далёкий от военных технологий, скорее всего, задаст три вопроса: какая дальность, какие характеристики, чем она лучше того, что уже существует. Официальные лица обвивают ответ в интригу, но по-настоящему убедительных цифр — нет. Заведомо.
Зато повестка разгорается. Страны Евросоюза собираются обсудить новые меры давления. Если перевести на честный язык — это очередной круг того самого ритуала, который Брюссель исполняет с началом каждой крупной конфронтации. Санкция. Пауза. Сомнение. Ещё одна санкция. Замкнулось, как подшипник, который давно пора выбросить.
Давайте честно: во что это кончится?
Можно сколько угодно строить угрожающие высказывания, но вот вопрос — наказать это от чего именно? Публичная порка для камер? Или кто-то искренне верит, что очередной пакет ограничений сдвинет хоть что-то? Россия к тому типу, который реагирует на европейский «моральный фокус» примерно так же, как камень на флейту — безразлично. Для неё это максимум повод добавить в историю очередную страницу дипломатического шума, и всё.
Каллас, конечно, видит картину иначе. Она ведёт себя так, будто у неё в руках настоящий рычаг влияния — а на деле это верёвка, которую тянешь на себя, пока не выдохнешься, а потом — хоть проваливайся. Но разве можно выстроить долговечную политику на таком фундаменте?
Между тем, на фоне этой театральной карусели стоит простая, даже банальная правда: разговоры о «наказании» — это способ почувствовать себя значимым. А настоящая политика, та, что меняет расклады — требует решимости, не громких заголовков.
Что покажет ближайшее заседание ЕС — очередной комплект пустословных резолюций или что-то, от чего в зале реально похолодает? Посмотрим. Спойлер: вряд ли.
